Хоть круто изменилась наша жизнь... - Проигрыш или Олимпийская история
Проигрыш или Олимпийская история
Александр Колупаев Хоть круто изменилась наша жизнь, всё также мы судачим у колодца, а диспут: "Что нам пить, чтоб лучше жить?" сменился на "Чем лучше уколоться?" Идеи нет. Все сами по себе. Поднакачались, закрутились, покрутели. И души и квартиры, как в броне, и круг замкнулся на стакане и постели. Я вот к чему сказал такой пролог - что перемена в суд не проникает: гуляют мафиози под залог, а все крестьяне - лаптем щи хлебают. Тому пример - ломашний бумбараш: я ужин завершал уже стаканом, переживать готовясь репортаж о бывших наших с чехами в Нагано. Жена не может жить без "Новостей", - как у иконы, пала у экрана, и в ожиданьи чуда от речей на кинескоп крестилась беспрестанно. Она не может въехать и врубить: что за игра - куда нас заманили? Я объяснил: "Гляди, вон три трубы, там варится крылатый алюминий. Вот тут и гибнут люди за металл, гребут лопатами себе чахотку. Тут Мефистофель бы не хохотал, уважил ад, попридержал бы глотку. Потом хозяин акций мистер Прик там у себя наделает посуды, нальёт изжоги с этикеткой "дринк", да нам же и продаст потом, паскуда. Как божий день механика ясна - ты суетишься зря перед клиентом: нам - дым, работа, наша нищета, им - чистый воздух, с неба - дивиденды. А ты мне на даёшь смотреть хоккей, лишаешь мужа святочной забавы, старухой у корыта ждёшь вестей, - всё кверху дном, ну а тебе всё мало?" Включил я поздно и финал таков: поняв, что неизбежно пораженье, я счёт сравнял, наставив фингалов за скользкий лёд и наше униженье. Потом звонолк, ОМОН - а я пьяной. А про суды не повторять же дважды: я, словно клюшкою, махал метлой, пятнадцать суток отражал я шайбы. апрель 1998