Ничего не поделаешь, такова ситуация... - Аборигея (проза: В. Ланцберг)
Аборигея
Владимир Ланцберг Пролог - Ничего не поделаешь, такова Ситуация. - И впрямь ничего не поделаю: не надо было попадать в Ситуацию. - Эй, смотрите, не поделайте там чего-нибудь: Ситуация сами знаете какая! - Да разве это ситуация? Вот в ситуадцатом годе рябчики из ананасов не вылезали. Во была Ситуация! - Ну и как, поделали? - И поделали бы! Кабы не Ситуация. ОТ РЕДАКЦИИ: интересно, а что сейчас поделывают коренные ситуаты? 1 Коренной ситуат бьет рыбу гарпуном. День жаркий, гарпун тяжелый, ситуат сердится. Коренной ситуат бьет рыбу гарпуном по попе. Чешуя гладкая, гарпун соскальзывает, рыбе смешно. - Странный ты, ситуат, - говорит рыба, - ведь это непедагогично! (А вокруг стоят ситуаты и думают: "Хрен его знает") - Глупый ты, ситуат, - продолжает рыба, - ведь мне совсем не больно! (А кругом до самого горизонта - Ситуация.) - Дурак ты, ситуат, - заключает рыба. - Никогда тебе не стать сатисфаком! ОТ РЕДАКЦИИ: а коренные сатисфаки ставят рыбу в угол - и никаких проблем! 2 Коренной сатисфак приволакивает бревно, достает молоток и стамеску. Коренной сатисфак хочет сделать лодку-долбленку, чтоб поплавать на ней по озеру вокруг своего дома. Озеро он выдолбил вчера. Коренной сатисфак берет молоток, но тут раздается писк: таймер докладывает, что в гриле созрел бройлер. Сатисфак снимает халат и скрывается в доме. Через полчаса он снова поднимает молоток, но тут раздается стрекотание: принтер советует поскорее загнать акции. Сатисфак садится в "понтиак" и мчится на биржу. Назавтра он снова замахивается молотком, но тут раздается звонок: Президент жалуется, что бандуины не желают Сатисфакции. Сатисфак берет карабин М-16 и уезжает в командировку в Бандустан защищать национальные интересы. Через полгода он снова заносит молоток, но тут раздается музыка: начинается марш мира. Нипочем ему лодку не осилить! ОТ РЕДАКЦИИ: а коренной ситуат как дятел: семь бутылок за три дня - и никаких проблем! Рефрен Мигранты, мигранты, мигранты, мигранты! О них говорят за чаем, за супом и даже замужем. Ими полны троллейбусы, мусорные баки, сообщения последних новостей. Дворник - злостный мигрант. Прокурор - переодетый мигрант. Президент - профессиональный мигрант. Не-мигрантов двое. Они маршируют колонной, одетые во все черное, поют старые гимны и подозревают друг друга. ОТ РЕДАКЦИИ ничего нельзя добиться: мигранты, мигранты, мигранты!.. Редактор, прощаясь, говорит: - Что наша жизнь? Мигра... 3 Пожилой бандуин садится на пожилого верблюда. Бандуин и верблюд отправляются на базар. На базаре они находят коренного цыгана. Вот что коренной цыган дает за пожилого верблюда: одно железное ведро, один железный кетмень, одного пленного чирджука в адидасовском х/б и фотографию коренной, но очень голой китальянки. Пожилой бандуин кладет кетмень в ведро, ведро вешает на чирджука, китальянку несет сам и доносит почти до дома, но почему-то выбрасывает. Он такой пожилой, что уже не помнит, коренной он или мигрант, но мигрантов в Бандустане четвертуют. Значит, коренной. Пожилой бандуин при помощи кетменя и чирджука образует глубокую яму, затыкает ее ведром и начинает ждать, когда баррель подорожает. Если все бандуины договорятся, баррель подорожает в два счета, но баррель не дорожает никогда. Наутро бандуин набирает из ямы полное ведро барреля, яму затыкает чирджуком и отправляется на базар. Вот что он выменивает у переодетого сатисфака: фунт жевательной резинки, фунт презервативов, бутылку водки и электронные часы. Слегка подкрепившись резинкой, на часы недоверчиво глянув, направляется он к северной границе, где его поджидает ситуат. Там он вместо резины и водки автомат получает, патроны, а также пейзаж китальянки, одетой в такие же часы. И еще он просит за чирджука боевую машину пехоты. Но машину дают ему даром, только чтоб поскорее отстал. ОТ РЕДАКЦИИ: и какой же бандуин не любит быстрой езды! 4 Учитель пожимает руку ученику. Ученик пытается пожелать учителю долгих лет процветания, но учителю некогда: он должен поздороваться с другим учеником. Другой ученик хочет прочесть учителю свое посвящение, но учитель торопится: надо поприветствовать третьего ученика. Третий ученик силится передать поклон от своей больной матушки, но учитель не слышит: он уже устремился навстречу четвертому ученику. Учитель вспотел: учеников так много. Учителю пора бы и устать: учеников 17 000 000 только к северу от Бронзовой стены. Но учитель неутомим: все коренные автарки - его ученики. И все автарки-мигранты - тоже. И 35 000 000, загнивающих за стеной, на Юге, обращают к нему свои взоры. Да и остальным 5 000 000 000 надо же сказать в утешение хоть что-нибудь. И когда ученик N 9 845 321 пробует робко возразить учителю, что ему кажется, будто солнце и до того дня, когда учитель завел этот порядок, вставало на востоке, ученик N 12 328 506 и ученик N 3 235 472 берут ученика N 9 845 321 под руки и уводят в сторонку, чтобы там, в сторонке, в далекой сторонке обьяснить, что он не прав. Учителю просто времени бы не хватило заниматься этим самому. ОТ РЕДАКЦИИ: а один коренной бадуин съездил в Автаркию за передовым опытом и решил, что тоже станет учителем. Эпилог По дороге идет толпа, человек сто. Это марш мира. Коренные сатисфаки в адидасовских кроссовках толкают колясочки с детьми. Коренные ситуаты в адидасовских валенках толкают тачки с барахлом. Толпа идет к светлому будущему. За ней ползут танки, штук сто. Это боевое охранение. Иногда они останавливаются, танкисты толкают оружие коренному населению и покупают кукурузные палочки. Они едут, куда начальство прикажет. Марш идет своим чередом, народ общается. - "Нет" нейтронной бомбе! - говорит сатисфак. - Да где же ее взять? - отвечает ситуат. - Руки прочь из Бандустана! - заводится сатисфак. - За Бандустан хайратник порву, - звереет ситуат. - Тачку веревочкой свяжи: развалится, - успокаивается сатисфак. - Лучше ребеночка примотай: вытряхнет, - отходит ситуат. Танкисты приветствуют коренное население: - Улучшайте дороги! - машут они руками. - А толку! - отвечает население, которое давно махнуло рукой. Марш идет своим чередом и, наконец, подходит к табличке с полустершейся надписью, на которой с трудом удается прочесть: "Светлое Будущее - 3 км". ОТ РЕДАКЦИИ: а один коренной ситуат взял и никуда не пошел. Он сидит дома с плейером в левом ухе и точит гарпун о рыбу. Ему и так неплохо. Постскриптум Коренной эвакуат сидит на чемодане. Он давно ни во что не верит. Ему это - раз плюнуть: он и так вечен. Эвакуат сидит на чемодане верхом. Волосы его развеваются со скоростью 600 км/час по причине одноименного встречного ветра. Чемодан идет на снижение. Народу вокруг тьма: розовощекий сатисфак с секретаршей-китальянкой - на адидасовском монгольфьере, угрюмый бандуин с кучей детей - на адидасовском половике, потертая ситуатка с полной авоськой стеклотары - в адидасовской ступе, еще несколько миллионов - на сумках, сундуках и баулах той же фирмы, и лишь сияющий автарк с фотографией любимого учителя - на крылатой бронзовой лошадке отечественного производства. Кроме него, никто ни во что не верит. Но каждый, кроме него, на что-то надеется. У всех дела. Коренной эвакуат продожает снижаться. Время от времени Глас Небесный произносит нечто вроде: - Вылет чемодана в Иоханнесбург откладывается по метеоусловиям трассы. Или: - Ковер Анкара - Тебриз задерживается неприбытием самолета. Или: - Кейс Новгород - Великие Луки совершил посадку в Стокгольме, - перемежая все это поисками пассажира Смита, прибывшего рейсом из Сингапура, которого ожидают в ГУМе у фонтана. Эвакуат раскрывает веером дюжину разноцветных паспортов, выбирает один - бордового цвета, остальные выбрасывает: их никто никогда не спросит. Коренной эвакуат раскрывает бордовый паспорт на пятой странице, где написано: "Коренной космополит". Он беззвучно улыбается с житомирским акцентом: год назад он улетал с вещами, теперь возвращается с культурной миссией. В это время облака расходятся и чемодан закладывает вираж. ОТ РЕДАКЦИИ: а простой ситуатский человек продал шведскому полисмену свою гранату и привез в Великие Луки полный кейс детских колготок. Все довольны, всем хорошо. 1990 - 1992